Кырлан: Россия существенно снизила валютные риски во внешней торговле
Флаги России. Архивное фото
. Доля платежей в национальных валютах со странами СНГ, ЕАЭС и Китаем превысила 90%. Какие преимущества это дает России и торговым партнерам — в материале “Прайм”.
Как уточнил заместитель председателя правительства Алексей Оверчук, на расчеты в нацвалютах в рамках СНГ приходится 91%, ЕАЭС — 93, с Китаем — 95.
Этот переход ускорился на фоне масштабных антироссийских санкций с 2022-го.
Стало очевидно: доступ к международным платежам — уже не нейтральная техническая услуга, а инструмент геополитического давления, отмечает Ольга Плеханова, эксперт международного юридического сервиса Razmorozka.com.
Основная причина —снизить риски блокировки платежей и обезопасить внешнюю торговлю, которая ранее почти полностью зависела от доллара и евро, а значит, от финансовой инфраструктуры недружественных стран.
С тех пор вся система международных расчетов России коренным образом перестроилась. По данным ЦБ за 2025-й, в целом во внешней торговле страны доля расчетов в нацвалютах превышает 85%, при этом на рубль приходится примерно 54%, на валюты дружественных стран — 31%.
“Доля доллара и евро в расчетах российского бизнеса уже сократилась до менее чем 15 процентов, а доля рубля превысила половину как экспортных поступлений, так и платежей за импорт. Полностью внешние риски не исчезли, но у торговли стало больше собственных, а не внешне зависимых платежных каналов”, — говорит Марчел Кырлан, эксперт-аналитик в области международного и инвестиционного права.
Как альтернативу SWIFTРоссия развивает собственную систему взаиморасчетов — СПФС, Китай —CIPS. Запад, разумеется, противится таким альтернативам.
ЕС, в частности, запретил европейским банкам, работающим вне России, подключаться к СПФС, а Управление по контролю за иностранными активами (OFAC) США предупредило иностранные банки, что усилит давление на присоединившихся к СПФС.
То есть Запад демонстрирует: подобные альтернативные платежные каналы — вполне реальный инструмент снижения санкционной эффективности, указывает Плеханова.
Переход на рубль и валюты стран-партнеров дает еще несколько практических преимуществ.
“Во-первых, снижается валютный риск во внешней торговле, когда контракт и платеж меньше зависят от колебаний доллара и евро. Второе — сокращаются транзакционные издержки, поскольку во многих случаях исчезает лишняя конвертация через третью валюту. Вдобавок повышается устойчивость расчетов в условиях санкционных и комплаенс-ограничений”, — поясняет Марчел Кырлан.
В сделках с участием западных контрагентов полностью исключить доллар и евро пока удается не всегда. В торговле с дружественными странами расчеты в нацвалютах уже можно считать достаточно полноценными, но также с оговорками.
“Формально контракт и платеж могут быть номинированы и исполнены в рублях, юанях или других дружественных валютах, но доллар и евро по-прежнему сохраняют роль единицы ценового сравнения, ориентиров для котировок и части промежуточных операций”, —уточняет Кырлан.
Даже китайская инфраструктура не означает полной “санкционной неуязвимости”. CIPS — мощный юаневый канал, но он исторически строился в связке со SWIFT, а его участники все равно остаются уязвимыми к американскому давлению, если глубоко встроены в долларовую систему. Иначе говоря, нацвалютный контур может быть полноценным для части сделок, но не для мировой торговли в целом, добавляет Ольга Плеханова.
Тем не менее результат налицо: Россия в значительной степени ушла от западных валют как от платежного инструмента. А это создает условия формирования более устойчивой и менее политически уязвимой внешнеторговой среды.
Расширение расчетов в нацвалютах — это создание системы, в которой участие в международной торговле меньше зависит от того, одобряют ли твои действия эмитенты резервных валют и контролеры ключевой инфраструктуры. В этом смысле речь идет о более “адекватных” международных отношениях: не о полном отказе от глобальной системы, а о снижении возможности исключить страну из клуба одним нажатием рубильника, подчеркивает Плеханова.
Вдобавок это усиливает запрос на развитие собственной платежной инфраструктуры, прямых валютных котировок и межбанковских каналов внутри интеграционных объединений.
Россия и партнеры по ЕАЭС, СНГ и БРИКС развивают многоуровневую систему альтернативных платежных решений.
Так, национальная система передачи финансовых сообщений — СПФС Банка России — внедрена и масштабируется. На конец 2025-го к ней подключены 579 финансовых организаций.
Страны БРИКС активно развивают BRICS Pay / BRICS Bridge на основе блокчейна, соединяющего цифровые валюты центробанков. Платформа уже работает в режиме контролируемых транзакций между Россией, Китаем, ОАЭ и Ираном. Ее полноценный запуск ожидается в перспективе одного-двух лет по мере внедрения цифровых валют всеми участниками объединения.
В разделе “Мнения” сайта Агентства экономической информации “ПРАЙМ” публикуются материалы, предоставленные аналитиками, трейдерами и экспертами российских и зарубежных компаний, банков, а также публикуются мнения собственных экспертов Агентства “ПРАЙМ”. Мнения авторов по тому или иному вопросу, отраженные в публикуемых Агентством материалах, могут не совпадать с мнением редакции АЭИ “ПРАЙМ”.
Авторы и АЭИ “ПРАЙМ” не берут на себя ответственность за действия, предпринятые на основе данной информации. С появлением новых данных по рынку позиция авторов может меняться.
Представленные мнения выражены с учетом ситуации на момент выхода материала и носят исключительно ознакомительный характер; они не являются предложением или советом по совершению каких-либо действий и/или сделок, в том числе по покупке либо продаже ценных бумаг. По всем вопросам размещения информации в разделе “Мнения” Вы можете обращаться в редакцию агентства: combroker@1prime.ru.
